Нападение слонов на людей

Нападение слонов на людей

Нападения слонов на людей

Как вы думаете, происходят нападения слонов на людей или нет? Увы, столь неприятные факты фиксируются с завидной регулярностью. Дикие слоны нападают на фермеров, крестьян, туристов, и некоторые такие случаи заканчиваются фатально. Слон, живущий в дикой природе, не должен быть робким, иначе он не сможет оказать сопротивление таким хищникам как тигры и львы.

Но люди опаснее диких хищных зверей. Они расширяют свои поселения и вторгаются в исконную среду обитания слонов. Как результат, теряется доступ к еде. Это вызывает стресс у животных, который может послужит причиной нападения.

Вторая причина – это муст (musth) у самцов. Он наступает в брачный период, когда в десятки раз повышается уровень тестостерона в организме. Самцы при этом становятся очень агрессивными и раздражительными. Муст длится 2 месяца, и всё это время самцы представляет опасность для людей. Примечательно то, что болезненно муст переносят индийский слоны, а вот их африканские собратья в брачный период ведут себя во много раз спокойнее.

Третьей причиной нападения слонов на людей можно назвать защиту своих детёнышей. Если самки почувствуют, что их чадам угрожает опасность, то они могут стать чрезвычайно агрессивными и, защищая слонят, сметут всё на своём пути.

Вот 3 основные причины, благодаря которым слоны проявляют агрессию. По данным Всемирного фонда в Азии ежегодно погибают сотни людей. В Индии слоны убивают чаще, чем тигры. Взрослый слон может легко растоптать человека, расколоть ему череп. Конфликты слонов с людьми обычно происходят тогда, когда человек, расширяя сельскохозяйственные угодья, нарушает традиционные маршруты миграции могучих животных.

В результате этого в Индии за последние 15 лет было зарегистрировано более 160 смертей на площади 3 тыс. кв. км. Большая часть этих смертей произошла на полях фермеров за несколько дней до сбора урожая. Слоны были вынуждены поедать урожай, так как их вытеснили из исконных мест обитания. Фермеры пытались препятствовать этому и погибли.

Случается, что слоны бросаются на людей с намерением убить их. Так американские исследователи описали случай, когда слона ранил местный житель, и животное стало преследовать его. Человек, пытаясь спастись, забрался на дерево. Но слон сумел повалить дерево и растоптал беднягу.

В другом случае стадо из 50 диких слонов появилось из леса и пробежало через деревню, круша всё и растаптывая людей. При этом погибли не только взрослые мужчины и женщины, но и дети. Следует знать, что один слон способен легко убить до десяти человек.

Нападения слонов на людей

Так один великан растоптал 27 сельских жителей в 1993 году в одном из штатов Индии.

В 2001 году в Бангладеш слоны, чьи лесные угодья резко сократились, вошли в деревню в поисках пищи и растоптали почти всех находящихся в ней жителей. Случается, что могучие великаны мстят людям за убийство своих собратьев. В 2004 году также в Бангладеш фермеры застрелили одного слона. После этого стадо ворвалось в деревню, разрушило дома и уничтожило все деревья и сады. Когда одного из членов стада убивают, другие слоны окружают тело, издают скорбные звуки, а затем начинают преследовать убийц.

В Китае, недалеко от границы с Лаосом, в парке отдыха слон растоптал продавщицу киоска. Через несколько месяцев в этом же районе был тяжело ранен американский турист, пытавшийся фотографировать слонов. В деревне, расположенной недалеко от парка, был убит журналист, а сельского жителя растоптали, когда он собирал арахис. В китайской провинции Юньнань были убиты 3 сельских жителя, уничтожены посевы, принадлежавшие 12 тыс. домашних хозяйств. Все эти трагические события случились в 2005 года.

Таким образом, видно, что нападения слонов на людей происходят не так уж и редко и часто заканчиваются фатально. Но не надо во всём винить огромных и умных животных. На такое поведение их провоцирует человеческая деятельность. Люди никак не могут найти компромисс, способный примирить обе стороны: чтобы и человек продуктивно занимался сельскохозяйственными работами, и слоны беспроблемно питались на своих исконных землях. Вот когда такой компромисс будет найден, тогда агрессия могучих животных сойдёт на нет.

Вернуться в статью: Южный морской слон

♦ ♦ ♦

В Моульмейне, Нижняя Бирма, меня ненавидели многие — единственный раз в жизни я оказался настолько значительной персоной, чтобы такое могло случиться. Я служил полицейским офицером в маленьком городке, где ненависть к европейцам была очень сильна, хотя и отличалась какой-то бессмысленной мелочностью. Никто не отваживался на бунт, но, если европейская женщина одна ходила по базару, кто-нибудь обычно оплевывал ее платье бетельной жвачкой. В качестве офицера полиции я представлял очевидный объект подобных чувств, и меня задирали всякий раз, когда это казалось безопасным. Когда ловкий бирманец сбивал меня с ног на футбольном поле, а судья (тоже бирманец) смотрел в другую сторону, толпа разражалась отвратительным хохотом. Такое случалось не раз. Насмешливые желтые лица молодых людей смотрели на меня отовсюду, ругательства летели мне вслед с безопасной дистанции, и в конце концов все это стало действовать мне на нервы. Хуже других были юные буддийские монахи. В городе их было несколько тысяч, и создавалось впечатление, что у них не существовало иного занятия, как стоять на перекрестках и насмехаться над европейцами.

Все это озадачивало и раздражало. Дело в том, что уже тогда я пришел к выводу, что империализм — это зло и, чем скорее я распрощаюсь со своей службой и уеду, тем будет лучше. Теоретически — и, разумеется, втайне — я был всецело на стороне бирманцев и против их угнетателей, британцев. Что касается работы, которую я выполнял, то я ненавидел ее сильнее, чем это можно выразить словами. На такой службе грязное дело Империи видишь с близкого расстояния. Несчастные заключенные, набитые в зловонные клетки тюрем, серые, запуганные лица приговоренных на долгие сроки, покрытые шрамами ягодицы людей после наказаний бамбуковыми палками — все это переполняло меня невыносимым, гнетущим чувством вины. Однако мне нелегко было разобраться в происходящем. Я был молод, малообразован, и над своими проблемами мне приходилось размышлять в отчаянном одиночестве, на которое обречен каждый англичанин, живущий на Востоке. Я даже не отдавал себе отчета в том, что Британская империя близится к краху, и еще меньше понимал, что она гораздо лучше молодых империй, идущих ей на смену. Я знал лишь, что мне приходится жить, разрываясь между ненавистью к Империи, которой я служил, и возмущением теми злокозненными тварями, которые старались сделать невозможной мою работу. Одна часть моего сознания полагала, что British Raj(1) — незыблемая тирания, тиски, сдавившие saecula saeculorum(2) волю порабощенных народов; другая же часть внушала, что нет большей радости на свете, чем всадить штык в пузо буддийского монаха. Подобные чувства — нормальные побочные продукты империализма; спросите любого чиновника англо-индийской службы, если вам удастся застать его врасплох.

Однажды случилось событие, которое неким окольным путем способствовало моему просвещению. Сам по себе то был незначительный инцидент, но он открыл мне с гораздо большей ясностью, чем все прочее, истинную природу империализма — истинные мотивы действия деспотических правительств. Ранним утром мне позвонил полицейский инспектор участка в другом конце города и сказал, что слон бесчинствует на базаре. Не буду ли я столь любезен, чтобы пойти туда и что-нибудь предпринять? Я не знал, что я могу сделать, но хотел посмотреть, что происходит, сел верхом на пони и двинулся в путь. Я захватил ружье, старый винчестер 44-го калибра, слишком мелкого для слона, но я полагал, что шум выстрела будет нелишним in terrorem(3). Бирманцы останавливали меня по дороге и рассказывали о деяниях слона. Конечно, это был не дикий слон, а домашний, у которого настал «период охоты». Он был на цепи, всех домашних слонов сажают на цепь, когда приближается этот период, но ночью он сорвал цепь и убежал. Его махаут(4), единственный, кто мог с ним совладать в таком состоянии, погнался за ним, но взял не то направление и теперь находится в двенадцати часах пути отсюда; утром же слон внезапно снова появился в городе. У бирманского населения не было оружия, и оно оказалось совершенно беспомощным. Слон уже раздавил чью-то бамбуковую хижину, убил корову, набросился на лоток с фруктами и все сожрал; кроме того, он встретил муниципальную повозку с мусором и, когда возница пустился наутек, опрокинул ее и злобно растоптал.

Бирманец-инспектор и несколько констеблей-индийцев ждали меня в том месте, где видели слона. Это был бедный квартал, лабиринт жалких бамбуковых хижин, крытых пальмовыми листьями и полого взбегающих по склону горы. Помню, стояло облачное, душное утро в начале сезона дождей. Мы начали опрашивать людей, пытаясь выяснить, куда двинулся слон, и, как всегда в таких случаях, не получили четкой информации. На Востоке так бывает всегда; история издали кажется вполне ясной, но, чем ближе вы подбираетесь к месту событий, тем более смутной она становится. Одни говорили, что он двинулся в одном направлении, другие — в другом, а некоторые уверяли, что ни о каком слоне вообще не слышали. Я уже почти уверился, что вся эта история — сплошная выдумка, когда мы услышали крики неподалеку. Кто-то громко кричал: «Дети, марш отсюда! Уходите сию минуту» — и старая женщина с хлыстом в руке выбежала из-за угла хижины, прогоняя стайку голопузых детишек. За ней высыпали еще женщины, они визжали и кричали; очевидно, было нечто такое, чего дети не должны видеть. Я обошел хижину и увидел на земле мертвого. Индиец с юга, темнокожий кули, почти нагой, умерший совсем недавно. Люди рассказали, что на него из-за угла хижины внезапно напал слон, схватил его своим хоботом, наступил ему на спину и вдавил в землю. Стоял сезон дождей, земля размякла, и его лицо прорыло канаву в фут глубиной и в несколько ярдов длиной. Он лежал на животе, разбросав руки, откинув набок голову. Лицо его покрывала глина, глаза были широко открыты, зубы оскалены в ужасной агонии. (Кстати, никогда не говорите мне, что мертвые выглядят умиротворенно. Большинство мертвых, которых я видел, имели ужасный вид). Ступня громадного животного содрала кожу с его спины, ну, точно шкурку с кролика.

нападение слона на людей

Как только я увидел погибшего, я послал ординарца в дом моего друга, жившего неподалеку, за ружьем для охоты на слонов. Я также избавился от пони, чтобы бедное животное не обезумело от страха и не сбросило меня на землю, почуяв слона.

Ординарец появился через несколько минут, неся ружье и пять патронов, а тем временем подошли бирманцы и сказали, что слон в рисовых полях неподалеку, в нескольких сотнях ярдов отсюда. Когда я зашагал в том направлении, наверное, все жители высыпали из домов и двинулись за мною следом. Они увидели ружье и возбужденно кричали, что я собираюсь убить слона. Они не проявляли особого интереса к слону, когда он крушил их дома, но теперь, когда его собирались убить, все стало иначе. Для них это служило развлечением, как это было бы и для английской толпы; кроме того, они рассчитывали на мясо. Все это выводило меня из себя. Мне не хотелось убивать слона — я послал за ружьем прежде всего для самозащиты, — да к тому же, когда за вами следует толпа, это действует на нервы. Я спустился по склону горы и выглядел, да и чувствовал, себя идиотом: с ружьем за плечом и все прибывающей толпой, едва не наступающей мне на пятки. Внизу, когда хижины остались позади, была щебеночная дорога, а за ней топкие рисовые поля, еще не вспаханные, но вязкие от первых дождей и поросшие кое-где жесткой травой. Слон стоял ярдах в восьми от дороги, повернувшись к нам левым боком. Он не обратил на приближающуюся толпу ни малейшего внимания. Он выдирал траву пучками, ударял ее о колено, чтобы отряхнуть землю, и отправлял себе в пасть.

Я остановился на дороге. Увидев слона, я совершенно четко осознал, что мне не надо его убивать. Застрелить рабочего слона — дело серьезное; это все равно что разрушить громадную, дорогостоящую машину, и, конечно, этого не следует делать без крайней необходимости. На расстоянии слон, мирно жевавший траву, выглядел не опаснее коровы. Я подумал тогда и думаю теперь, что его позыв к охоте уже проходил; он будет бродить, не причиняя никому вреда, пока не вернется махаут и не поймает его. Да и не хотел я его убивать. Я решил, что буду следить за ним некоторое время, дабы убедиться, что он снова не обезумел, а потом отправлюсь домой.

Но в этот момент я оглянулся и посмотрел на толпу, шедшую за мной. Толпа была громадная, как минимум две тысячи человек, и все прибывала. Она запрудила дорогу на большом расстоянии в обе стороны. Я смотрел на море желтых лиц над яркими одеждами — лиц счастливых, возбужденных потехой, уверенных, что слон будет убит. Они следили за мной, как за фокусником, который должен показать им фокус. Они меня не любили, но с ружьем в руках я удостоился их пристального внимания. И вдруг я понял, что мне все-таки придется убить слона. От меня этого ждали, и я был обязан это сделать; я чувствовал, как две тысячи воль неудержимо подталкивают меня вперед. И в этот момент, когда я стоял с ружьем в руках, я впервые осознал всю тщету и бессмысленность правления белого человека на Востоке. Вот я, белый с ружьем, стою перед безоружной толпой туземцев — вроде бы главное действующее лицо драмы, но в действительности я был не более чем глупой марионеткой, которой управляет так и сяк воля желтых лиц за моей спиной. Я понял тогда, что, когда белый человек становится тираном, он уничтожает свою свободу. Он превращается в пустую, податливую куклу, условную фигуру сахиба. Потому что условием его правления становится необходимость жить, производя впечатление на «туземцев», и в каждой кризисной ситуации он должен делать то, чего ждут от него «туземцы». Он носит маску, и лицо его обживает эту маску. Я должен был убить слона. Я обрек себя на это, послав за ружьем. Сахиб обязан действовать как подобает сахибу, он должен выглядеть решительным, во всем отдавать себе отчет и действовать определенным образом. Пройдя весь этот путь с ружьем в руке, преследуемый двухтысячной толпой, я не мог смалодушничать, ничего не сделать — нет, такое немыслимо. Толпа поднимет меня на смех. А ведь вся моя жизнь, вся жизнь любого белого на Востоке представляет собой нескончаемую борьбу с одной целью — не стать посмешищем.

Но я не хотел убивать слона. Я смотрел, как он бьет пучками травы по колену, и была в нем какая-то добродушная сосредоточенность, так свойственная слонам. Мне подумалось, что застрелить его — настоящее преступление. В том возрасте я не испытывал угрызений совести от убийства животных, но я никогда не убивал слона и не хотел этого делать. (Почему-то всегда труднее убивать крупное животное). Кроме того, надо было считаться с владельцем слона. Слон стоил добрую сотню фунтов; мертвый, он будет стоить лишь столько, сколько стоят его бивни,— фунтов пять, не больше. Но действовать надо быстро. Я обратился к нескольким многоопытным с виду бирманцам, которые были на месте, когда мы туда явились, спросил, как ведет себя слон. Все они сказали одно и то же: он не обращает ни на кого внимания, если его оставляют в покое, но может стать опасным, если подойти близко.

Мне было совершенно ясно, что я должен делать. Я должен приблизиться к слону ярдов этак на двадцать пять и посмотреть, как он отреагирует. Если он проявит агрессивность, мне придется стрелять, если не обратит на меня внимания, то вполне можно дожидаться возвращения махаута. И все же я знал, что этому не бывать. Я был неважный стрелок, а земля под ногами представляла вязкую жижу, в которой будешь увязать при каждом шаге. Если слон бросится на меня и я промахнусь, у меня останется столько же шансов, как у жабы под паровым катком. Но даже тогда я думал не столько о собственной шкуре, сколько о следящих за мною желтых лицах. Потому что в тот момент, чувствуя на себе глаза толпы, я не испытывал страха в обычном смысле этого слова, как если бы был один. Белый человек не должен испытывать страха на глазах «туземцев», поэтому он в общем и целом бесстрашен. Единственная мысль крутилась в моем сознании: если что-нибудь выйдет не так, эти две тысячи бирманцев увидят меня удирающим, сбитым с ног, растоптанным, как тот оскаленный труп индийца на горе, с которой мы спустились. И если такое случится, то, не исключено, кое-кто из них станет смеяться. Этого не должно произойти. Есть лишь одна альтернатива. Я вложил патрон в магазин и лег на дороге, чтобы получше прицелиться.

Толпа замерла, и глубокий, низкий, счастливый вздох людей, дождавшихся наконец минуты, когда поднимается занавес, вырвался из бесчисленных глоток. Они дождались-таки своего развлечения. У меня в руках было отличное немецкое ружье с оптическим прицелом. Тогда я не знал, что, стреляя в слона, надо целиться в воображаемую линию, идущую от одной ушной впадины к другой. Я должен был поэтому — слон ведь стоял боком — целиться ему прямо в ухо; фактически я целился на несколько дюймов в сторону, полагая, что мозг находится чуть впереди.

Когда я спустил курок, я не услышал выстрела и не ощутил отдачи — так бывает всегда, когда попадаешь в цель, — но услышал дьявольский радостный рев, исторгнутый толпой. И в то же мгновение, чересчур короткое, если вдуматься, даже для того, чтобы пуля достигла цели, со слоном произошла страшная, загадочная метаморфоза. Он не пошевелился и не упал, но каждая линия его тела вдруг стала не такой, какой была прежде. Он вдруг начал выглядеть каким-то прибитым, сморщившимся, невероятно постаревшим, словно чудовищный контакт с пулей парализовал его, хотя и не сбил наземь. Наконец — казалось, что прошло долгое время, а минуло секунд пять, не больше, — он обмяк и рухнул на колени. Из его рта текла слюна. Ужасающая дряхлость овладела всем его телом. Казалось, что ему много тысяч лет. Я выстрелил снова, в то же место. Он не упал и от второго выстрела, с невыразимой медлительностью встал на ноги и с трудом распрямился; ноги его подкашивались, голова падала. Я выстрелил в третий раз. Этот выстрел его доконал. Было видно, как агония сотрясла его тело и выбила последние силы из ног. Но и падая, он, казалось, попытался на мгновение подняться, потому что, когда подкосились задние ноги, он как будто стал возвышаться, точно скала, а его хобот взметнулся вверх, как дерево. Он издал трубный глас, в первый и единственный раз. И затем рухнул, животом в мою сторону, с грохотом, который, казалось, поколебал землю даже там, где лежал я.

Я встал. Бирманцы уже бежали мимо меня по вязкому месиву. Было очевидно, что слон больше не поднимется, хотя он не был мертв. Он дышал очень ритмично, затяжными, хлюпающими вздохами, и его громадный бок болезненно вздымался и опадал. Пасть была широко открыта — мне была видна бледно-розовая впадина его глотки. Я ждал, когда он умрет, но дыхание его не ослабевало. Тогда я выстрелил двумя остающимися патронами в то место, где, по моим расчетам, находилось его сердце. Густая кровь, похожая на алый бархат, хлынула из него, и снова он не умер. Тело его даже не вздрогнуло от выстрелов, и мучительное дыхание не прервалось. Он умирал в медленной и мучительной агонии и пребывал где-то в мире, настолько от меня отдаленном, что никакая пуля не могла уже причинить ему вреда. Я понимал, что мне следует положить этому конец. Ужасно было видеть громадное лежащее животное, бессильное шевельнуться, но и не имеющее сил умереть, и не уметь его прикончить. Я послал за моим малым ружьем и стрелял в его сердце и в глотку без счета. Все казалось без толку. Мучительные вздохи следовали друг за другом с постоянством хода часов.

Наконец я не выдержал и ушел прочь. Потом мне рассказали, что он умирал еще полчаса. Бирманцы принесли ножи и корзины, пока я был на месте; мне рассказали, что они разделали тушу до костей к полудню.

Потом, конечно, были нескончаемые разговоры об убийстве слона. Владелец был вне себя от гнева, но то был всего лишь индиец и он ничего не мог поделать. Кроме того, я с точки зрения закона поступил правильно, так как бешеных слонов следует убивать, как бешеных собак, тем более если владельцы не могут за ними уследить. Среди европейцев мнения разделились. Пожилые считали, что я прав, молодые говорили, что позорно убивать слона, растоптавшего какого-то кули, потому что слон дороже любого дрянного кули. В конце концов я был очень рад, что погиб кули: с юридической точки зрения это давало мне достаточный повод для убийства слона. Я часто спрашивал себя, догадался ли кто-нибудь, что я сделал это исключительно ради того, чтобы не выглядеть дураком.

1936 г.

1) Британское колониальное правление (хинди).

2) На веки вечные (лат.).

3) Для устрашения (лат.).

4) Погонщик слонов (хинди).

КОНЕЦ

____
Перевод с английского:
© 1988 А. А. Файнгар

____БД____
George Orwell: ‘Shooting an Elephant’
Первая публикация: New Writing. — ВБ, Лондон. — осень 1936 г.

Повторно опубликовано:— ‘Shooting an Elephant and Other Essays’. — 1950.— ‘The Orwell Reader, Fiction, Essays, and Reportage’ — 1956.— ‘Collected Essays’. — 1961.— ‘The Collected Essays, Journalism and Letters of George Orwell’. — 1968.

Публикация перевода: сборник «Джордж Оруэлл: „1984” и эссе разных лет» — Изд. «Прогресс». — СССР, Москва, 1989. — 23 июня. — С. 222-227. — ISBN ББК 84.4 Вл; 0-70.

____
Подготовка и проверка э-текста: О. Даг
Последняя модификация: 2015-09-24


Джордж Оруэлл
«„1984” и эссе разных лет»
© 1989 Изд. «Прогресс»

слон-убийца

You are crazy commercials with the funny cats? Then I suggest You to see the contents of this section here are different funny videos with Your favorite Pets. Here you will be able to find something that will lift your mood and make Your day. However, here you can find not only a variety of the fun and touching scenes with animals, but also interesting information about the animal world.

As mentioned above, there are a lot of funny commercials with Pets. So many of them only for the reason that today virtually every owner of a pretty pet, tries to shoot the video with him and upload to the network. Someone does it for some earnings, someone just to share, but not the essence, the important thing is that these videos came to us. There are hundreds, thousands of funny videos cute, cute cats, raccoons, dogs and other mammals that can live in Your apartment. Most often these videos are short and have one brief moment where the animal did something funny by accident. Sometimes you can find even a whole thread with seals, which are cute look at the camera, funny maucat or funny fall from a small height.

Often you can find and video, which animals are trained from early childhood, and now they can perform a very complicated, seemingly inaccessible to the animals tricks. For example, a trained mouse can pull out money from her purse and carry them to the owner.

Or a trained cat brings Slippers, if she were a dog, and the dog walks on his front paws no worse than a circus gymnast. Various funny and not so the moments can be seen in videos of this type.

Sometimes there are people who give birth to very unusual Pets and show room life all over the Internet. The same Youtube is full of different videos with exotic predators and animals that now live in simple apartments. However, some are trying to make insects, creating in your home a real terrarium. These people buy cells, insects and begin to dissolve them, not forgetting to use the camera important moments in the life of the new colony. Most often give birth to harmless ants, but sometimes are the only ones who buy and grow at home poisonous spiders, beetles, and other exotic and dangerous creatures. In addition, they love to pit these poor insects and see who of them will survive after a fierce battle in an artificial box. If you are interested to look at something unknown, such a video is clearly for You!

In Addition to a variety of funny content here you can find interesting and even informative things. Smart people who have devoted their entire lives to the study of the animal world, will tell You about how wild animals live. You will know what feeds one or the other predator, as different types and how they behave in their natural environment. In addition there can be and interesting tips that will help you to find a common language with Your favorite pet or recommend what breed it is better to have and how to take care of it.

Walther Stalnhelm:

Слоны всё помнят. Тот человек мог оскорбить или поранить этого слова лет 20 назад, а тот всё помнил и отомстил.

Читать все комментарии(109)

В городе Бухен в Германии (земля Баден-Вюртемберг) 34-летний африканский цирковой слон сбежал из загона и нанес смертельную травму человеку. Об этом сообщили в местной полиции, передает Die Welt со ссылкой на dpa.

Инцидент произошел утром в субботу, 13 июня. Что заставило животное покинуть вольер и напасть на человека, остается неясным. Нет пока и сведений, каким образом уход слона остался незамеченным. Информация о жертве слона также на данный момент не приводится.

Отмечается, что вскоре после происшествия работник цирка смог успокоить животное и вернуть его обратно в вольер.

Правоохранительные органы начали расследование причин и обстоятельств случившегося.

Комментирование разрешено только первые 24 часа.

Комментарии(109):

1234 … +1

6+6−0 Sergey Solomakhin 13:57:25
13/06/2015

В первый раз слышу об африканских слонах в цирке. Индийские слоны приручены человеком давно и более-менее управляемы, но африканские все дикие. Нет?

6+6−0 Призрак Бармалея 13:57:03
13/06/2015

Что заставило слона покинуть вольер — отличный вопрос… Наверное, у него было важное дело за пределами вольера, или может, он решил попутешествовать.

Я бы задался вопросом, почему вольер не был заперт, если в Германии ещё принято запирать вольеры со слонами.

4+4−0 Игорь Воронов 14:44:41
13/06/2015

Комментарий удалён.

Тут ещё какой-то бот крутился, с каменным стояком и бесконечным сексом. Твои девочки его уже сделали?!
Попробуй слона пригласить!

3+3−0 Ted Usus 16:17:04
13/06/2015

Вроде бы Вы адекватные вещи писали, Константин…
Очередной диванный терминатор. Один против 5? Ну если против пяти старушек или один со стволом- 5 с совочками….
Костя, ты в интернете, добро пожаловать. Для тебя можно сделать исключение, напиши свои паспортные данные (серию и номер). А в интернете обыкновенно никнеймы. Себе можешь взять Рембо Диванов.

3+3−0 Ted Usus 15:28:04
13/06/2015
0+0−0 Константин Баранов 14:54:41
13/06/2015

Инстикт самосохранения он у Всех присутствует.Есть и исключения:Олигофрены в средней стадии дебильности и вообще есть Солнечные люди.А в замесе я попытаюсь выжить.А у Вас не знаю получиться ли.Языком защищаться будете?

Константин, я не к Вам обращался.
У Вас есть есть выживальческий опыт языком. Поздравляю.

3+4−1 Иван Иванов 14:21:42
13/06/2015

Жертва слона — это из шахматной терминологии.
Здесь следовало бы написать "жертва нападения слона".
Ипаные ленточные таджики.

3+4−1 Константин Баранов 14:04:22
13/06/2015
-4+3−7 mmagistr awdoshenko 13:59:10
13/06/2015

Слон убил человека…
Громко сказано! Слон убил какла-гастарбайтера, выгребавшего поздно вечером навоз из клеток, после мойки цирковых сартиров.
Слон спросонья увидел какла и приниял его за фашиста, разумеется, тут же растоптал.

mmagistr awdoshenko а чем вы занимаетесь?На Ленте пишетесь а они работают.Нормальные люди не только каклы.Кстати а кто это такие?-птицы?

1234 … +1

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *